Определенный эскапизм нынешней интеллигенции, молодежи - он ведь легко объясним.

Рецензия в журнале "Итоги"

Интервью Владимира Мирзоева "РБК-daily"

Текст:
ИНТЕРВЬЮ ДЛЯ РБК-ДЕЙЛИ

Новый фильм Владимира Мирзоева "Человек, который знал все" - экранизация романа Игоря Сахновского, автора, ухитряющегося блестяще сочетать в своем повествовании мейнстримовские сюжеты и приемы и проблематику серьезной литературы. Это история маленького человека, случайно получившего абсолютную власть над миром, способность знать ответ на любой вопрос. Теперь он может быстро разбогатеть, становится интересным для мафии, власти и спецслужб, но не лишается чувства собственного достоинства и внутренней независимости. Это не первый опыт в кино знаменитого театрального режиссера, который в своих предыдущих фильмах показал, что также способен работать на стыке мейнстрима и более тонких материй. О своих героях и своих актерах ВЛАДИМИР МИРЗОЕВ рассказал корреспонденту РКБ daily МАРИНЕ ЛАТЫШЕВОЙ.

- Вы как-то сказали, что Вас привлекла небанальность текста Сахновского. В чем вы увидели эту небанальность? Ведь сюжет романа - вполне ходовая история.

В.М. Сюжетная конструкция часто является только скелетом. Вспомните романы Набокова. Например, "Король дама валет": банальный любовный треугольник, средней руки детектив. Но ведь черт кроется в деталях: интонация, метафоры, вся пластика языка делают вещь неповторимой. Я упомянул Набокова не случайно - Игорь Сахновский, как мне кажется, следует именно этой традиции. Он блестящий стилист и пользуется сюжетом очень рационально - не изобретает велосипед с реактивным двигателем, но берет динамичную конструкцию, отчасти классическую, чтобы затем вдохнуть в роман современную экзистенцию. Такой текст надёжно держит внимание читателя, но это не беллетристика. Конечно, нам пришлось искать адекватный киноязык, который передал бы стилистику романа.

- Может быть, небанален сам Безукладников, интеллигент, который не встает в позу обиженного жизнью, не вступает в конфронтацию с миром товарно-денежных отношений, а играет по его правилам, но остается при этом самим собой.
В.М. Совершенно верно. Определенный эскапизм нынешней интеллигенции, молодежи - он ведь легко объясним. Как только ты вступаешь в социум, ты немедленно становишься частью заковыристого хитросплетения коррупционных связей, "понятий", которые часто идут поперек твоих принципов. Судьба выталкивает нашего героя на эту территорию. Тут вступают в конфликт его эскапистская этика и его альтруизм, его жертвенность.

- В каком-то смысле это - ситуация советского фильма "Блондинка за углом". Вы вспоминали эту картину?

В.М. Вы правильно ставите диагноз - мы сознательно работали в советской традиции, когда жанр очень трудно ухватить руками. Что это: фантастика, детектив, комедия? Не ясно - и это хорошо. Межжанровость - очень важная для нас категория, не только эстетически, но и этически. Как страна не может определиться, демократию мы строим или конституционную монархию, или авторитаризм по китайским лекалам. Не определен даже вектор нашей национальной судьбы. Чистый жанр в этой ситуации воспринимается как комикс, как насилие над правдой жизни.

- Вашего героя спрашивают об источнике его информации. Фактически это вопрос о Боге. А Вы задали бы себе такой вопрос, зная, что получите абсолютный ответ? Как думаете, многие бы спросили об этом?

В.М. Вопрос о Боге - самая захватывающая из всех тайн. Спросите себя - зачем сотни тысяч наших сограждан гадают на картах, ходят к астрологу и т.д.? Думаю, в нашем слабо модернизированном обществе многие продолжают жить внутри мифа, упорно путая архаику и метафизику. Это напрямую связано с тем, что случилось с нами в ХХ веке. Я имею в виду советскую антиутопию. Иррациональное манифестирует себя в разных формах, иногда в пугающе примитивных.

- Ответы на подобные вопросы Ваш герой должен был искать в первую очередь. Но вы в фильме словно избегаете этой темы.

В.М. Понимаете, Саша Безукладников верующий человек, но в какой-то момент его вера была поколеблена. Иначе он не решился бы самовольно уйти из жизни. Однако свое "сверхоружие" он использует в мирных целях: не мстит врагам, не пытается стать властелином мира, а лишь обороняется, защищая любимую женщину. В основном Безукладников использует свой дар исключительно интеллигентно, в целях самообразования - по-моему, это делает ему честь. Немногие из нас, получив в руки абсолютную власть, не потеряют голову, смогут правильно распорядиться даром. Безукладников вынужден спасать свою жизнь, но он не превратился в полубога, супермена, он остаётся нормальным человеком, способным сочувствовать, сопереживать.

- То, что Вы будете работать с Максимом Сухановым, было достаточно предсказуемо. А почему на роли главных героев Вы выбрали Егора Бероева и Екатерину Гусеву?

В.М. У нас был мучительный брейнсторминг по поводу Безукладникова. Вы будете смеяться, но кроме Кости Хабенского никто в голову не приходил. Я понимаю - Костя замечательный актёр, я его очень люблю. Но не может один Хабенский отвечать за всю русскую интеллигенцию. Есть в этом соло нечто противоестественное. Мы искали нашего героя в широком диапазоне - от 30-ти до 45-ти. И оказалось, что у нас много хороших, но мало интеллигентных актеров. Ведь интеллигентность качество такое же неуловимое, как обаяние. Это не только способ говорить, двигаться - это и генетика, природа, рафинированная в поколениях. Егор Бероев был первым в очень коротком списке. С Катей Гусевов мы однажды сотрудничали в театре - это был "Дракон" Евгения Шварца в "Театриуме". Отношения сложились теплые. Катя - умный, тонкий, обаятельный и фантастически работоспособный человек. Но главное, у неё и с Егором Бероевым и с Максом Сухановым, и с Егором Пазенко прекрасная актерская химия (вернее, алхимия). Три любовника - три варианта судьбы. И при этом Катина героиня (Ирина) - отнюдь не стерва, не классическая душечка. У неё есть своя правда, своя энергия заблуждения.

- Вам в кино сегодня интереснее работать, чем в театре?

В.М. Это совсем разные профессии - одинаково интересные по-своему. А вообще мне интересно не скучать, исследовать что-то новое.

- Но Вы называете нынешний театр недемократическим искусством...

В.М. Не отказываюсь от своих слов. Институт репертуарного театра медленно, но уверенно превращается в извращение; там царят порядки крепостного театра. Эта ситуация фатальна для актёров. Особенно для молодых. Как режиссер я имею возможность делать то, что мне кажется правильным, но хотелось бы работать в нормальной атмосфере. Это результат того, что бюрократы пользуются театром, как своей вотчиной, "кормятся" за счёт общества. Сначала разрушается этика, за ней следует эстетика. В кино можно собрать свою компанию и работать свободно, без оглядки на особенности национальной традиции.

"ИТОГИ", Стас Лобастов
Не хочу все знать
/ Искусство и культура / Художественный дневник / Кино

На экранах фильм "Человек, который знал все"


В 2006 году театральный режиссер-авангардист Владимир Мирзоев выпустил свою дебютную картину - мистическую комедию "Знаки любви". Критика ее нещадно разругала. Режиссеру даже предъявили обвинение в "стяжательстве": мол, пришел в кино не творить, а "ковать кассу" (кстати, без особого успеха). А актера Максима Суханова, исполнившего в "Знаках" главную партию, из кумира миллионов разжаловали чуть ли не в бульварные комики. Приговор был суровый и обжалованию не подлежал. Всякого начинающего автора такой удар наверняка бы поверг в ступор. Но прошедший огонь, воду и медные трубы сценической критики Мирзоев не испугался. Его новый фильм "Человек, который знал все" поставлен по одноименному роману Игоря Сахновского, финалиста "Русского Букера" 2007. Это - очередная попытка создания жанрового кино: снова мистическая комедия с Максимом Сухановым в одной из главных ролей.

Однако первая скрипка на сей раз в руках у Егора Бероева. Его персонажа, тихого мэнээса Александра Безукладникова выживают из родного института, перманентно обсчитывают в продуктовом магазине и матерят на улице. Вдобавок ко всему целомудренная жена-библиотекарша (Екатерина Гусева) ни с того ни с сего превратилась в сексуальную пантеру и пошла по рукам: сначала переехала к респектабельному коммерсанту (Егор Пазенко), а потом за долги отдалась в рабство безудержному депутату Госдумы (Максим Суханов). В отчаянии Безукладников схватился за первые попавшиеся оголенные электрические провода, но вместо вечного покоя обрел дар все­знания. Получив доступ к секретам сильных мира сего, Безукладников немедленно умыкнул у депутата 700 тысяч долларов и попал на мушку агентов спецслужб...

У "Человека, который знал все" налицо первичные признаки жанрового кино: в меру увлекательный сюжет изобилует забавными поворотами. Так, предвидя собственную смерть, Безукладников разрабатывает самые фантастические варианты, как оставить недоброжелателей с носом. Есть в картине и вполне безобидный политический юмор: один из героев, спецслужбист в исполнении Андрея Ташкова, сильно похожий на премьера Владимира Путина, тоже оказывается "все­знающим" человеком: он прослушивает телефонные разговоры властей предержащих. А чего стоит герой Максима Суханова! Бывший бандит, прорвавшийся в чиновники, ведет себя как новорусский "оригинал" - лихо шевеля казацкими усами, он сечет "девок"-фотомоделей крапивой и практикует добротный скарфинг. Однако провести картину по реестру мейнстрима не позволяет чрезмерное обилие культурологических аллюзий: режиссер слишком настойчиво пытается сделать из Безукладникова Чацкого, которому опротивела гнусная российская действительность. К тому же для Владимира Мирзоева необычайно важна форма: визуальным эффектам ленты (оператор Сергей Мачильский) позавидовал бы самый арт-хаусный оператор. Это, безусловно, не лишает "Человека, который знал все" достоинств, но путает зрителя, который ждет уморительного зрелища, а получает пищу для размышлений. Шел в комнату, попал в другую.